|
|
![]() |
 Зарегистрироваться |
|
Регистрация позволит Вам иметь полный доступ ко всем разделам сайта, а также размещать о себе информацию.
|
|
![]() |
|
|
|
![]() |
|
|
![]() |
|
|
![]() |
|
|
|
|
![]() |
|
Дневник
|
![]() |
|
Рубрики:
все
|
![]() |
просто так...
Истинная женщина не желает быть второй ни в чем, тем более в любви. Она не хочет быть и первой. Там, где возникает повод для числительных, всегда присутствует нумерация, а значит, появятся и пятая и десятая…. Истинная женщина хочет быть ЕДИНСТВЕННОЙ и неповторимой! Вот именно ЕДИНСТВЕННОЙ! И в этом заключается основное женское достоинство, ее эксклюзивность. А все остальное – компромиссы! И не стоит на них идти, если, конечно, вы сами (по жизни не предпочитаете роли второго плана.
|
Про ёжиков
Ели — это очень большие ежи. Ежи — это очень маленькие ели. Но если для елей шишки — нормальное явление, то для ежа это трамва.
Дикобраз — злая пародия на ежа. Гротеск. Театр абсурда.
Солнечная погодка, бежит ежик радостный по лесу...
На спине яблочко, он бежит радуется, просто такая умильная картинка — ежик с яблочком на спине. И вот он бежит, бежит и тут выбегает на полянку, а там девочка ягодки собирает, такая маленька девочка, лет 7—8, в розовеньком платьице, ну тоже картинка такая, просто прям как из детских сказок, все хорошо просто отлично, ничего плохого не предвещается, и ежик подбегает к девочке и начинает ноги нюхать (ну бывает такое, так просто ради интереса).
И тут девочка срывается, хватает ежа за лапки и начинает его со всей дури об пенек бить, потом об колено, в общем пинает как только может в ее 7—8 лет, потом над головой размахивает и кидает в канаву, а там сидит мужик — весь побитый, глаз не видно, все заплыло, уши синющи, губы тоже, нос раз пять переломан, и он спрашивает у ежика:
— Девочку на полянке видел?
Ежик еле ворочая языком отвечает:
— Ага
— Скажи придурошная?!...
— Папа, а ты видел когда-нибудь ежика?
— Видел.
— А правда, что он колется?
— Нет, сынок, среди ежей нет наркоманов!
Сын спрашивает у отца:
— Папа, а где ежики живут?
— А хрен его знает.
— Папа, а почему еж колючий?
— А хрен его знает.
— Папа, а когда появились ежи?!
— А хрен его знает.
Мать говорит сыну:
— Отстань от папы!
Папа:
— Да пусть спрашивает, кто ж ему все про ежей расскажет!
Утpо. Наpастающий топот... На опушку вылетает стадо ежей.
Главный ежик командует:
— СТОЯТЬ!
Ежи останавливаются как вкопанные.
— ПАСТИСЬ!
Ежи пpинимаются усиленно щипать тpаву.
Главный тихо и с достоинством:
— Hу чем мы не кони!?
Последний раз редактировалось: 26.02.10 22:07
|
Думать
Опасное это занятие — думать. Начнёшь один раз — и остановится уже не можешь, всё думаешь и думаешь, размышляешь что-то сдвигаешь силой мысли горы, крадешь телепатически пирожки и головой пухнешь, весь такой сосредоточенный. Вот обезьянам проще, им думать не надо, им надо вкусный банан и чувство собственного достоинства. Так что страшное это дело, в любом случае, У людей то оно конечно страшное, синдром, знаете ли, но когда ёжики подобным непотребством занимаются — это уж совсем через край. И ведь не спроста это, как есть неспроста, недоброе они думать будут, как есть недоброе, поэтому нельзя допускать, что бы однажды...
Однажды ёжики захотели думать. Глобально. На весь свет и окружающую их действительность. Это желание пришло к ним внезапно, совершенно неожиданно, в самый обычный, ничем не выделяющийся миг их ежиной жизни, во время привычного, ежевечернего просмотра фильма режиссёра Стэнли Кубрика «Космическая Одиссея 2001 года». Это странное желание набросилось на них, словно лев из засады, и впервые за долгие-долгие годы привело ёжиков в смятение. Странное чувство зашебуршилось под их иголками. А когда шебуршится странное чувство — ёжики не сидят на месте.
Невероятно Мудрый Учёный сидел в кресле, запахнувшись в красный парчовый халат, и почесывал левой голый волосатый живот, изредка делая глоточек крепкого кофе. Время от времени он нагибался вперёд, приставлял глаз к окуляру огромного телескопа и изучал в него бескрайнее звёздное небо.
— КХМ, — вежливо прокашлялся кто-то из окна.
— Да-да? — Невероятно Мудрый Учёный был довольно резв для своего возраста, и успел спрятать бутылку с коньяком настолько быстро и аккуратно, что по пути всего лишь разлил кофе, разбил телескоп, и упал на коллекцию нецке, которую собирал двадцать лет (к сожалению, эти хрупкие старинные статуэтки оказались настолько чувствительными к падению на них 83-х килограммового тела, что ни одна скульптурка не уцелела). Вытряхнув из бороды осколки, учёный поправил на голове тюбетейку, и, приняв достойный вид, повторно спросил:
— Да-да?
— Коньяк у вас хороший, — повёл носом Главный Ёжик, удобно устроившись на подоконнике. — Французский.
— Да что вы, что вы! — замахал руками Учёный. — Вам показалось! Это не коньяк, это фикция. Мираж я бы сказал. И не французского, а армянского.
— Мама, мама, — зашептал в траве ежёныш. — А вот ты говорила, что врать нехорошо. А дядя врёт. И не краснеет. Значит и мне можно?
— Дяде краснеть не надо, у него халат красный, — строго сказала ежиха.
— А-а-а...- разочаровано протянул ежёныш и, чихнув, свернулся в клубок.
Учёный попытался сделал большой глоток из бутылки — говорящие ежи его нервировали. Рука прошла насквозь — коньяк явно стремился свести своё состояние к миражу. Невероятно Мудрый Учёный вздохнул.
— И что вам надо? — обречённо спросил он.
— Думать, — уверено ответил Главный Ёжик.
— В смысле? — не понял Учёный.
— Глобально, — Ёж гордо выпрямился.
— Слушай, а зачем вам это? — обречённо спросил Невероятно Мудрый Учёный,
— Нада, — уклончиво ответил Главный Ёжик, и трава под окном уклончиво шепнула ему вслед многоголосьем:
— Нада... Нада... Нада...
— Так как — думать? — настойчиво переспросил Главный.
— Вы знаете, — Учёный потёр переносицу, явно принимая какое-то невероятно трудное, почти неподъёмное решение. — Даже не знаю, что и сказать то. Видите ли, я когда-то умел думать. Умел. Но это было давно, в молодости. А теперь — забыл. Честно. Вы извините... Но я вспомню! Я обязательно вспо...
Но на подоконнике уже никого не было. Лишь ветви деревьев да густая трава тихо шелестели под еле ощутимым дуновением ветра.
Где-то далеко-далеко, на самом краю света, в желтой, выгоревшей под солнцем степи, грациозно неслись ёжики. Их бег был бесшумен, а луна освещала дорогу. Ёжики пытались думать. Как умели. Без подсказки. Самостоятельно.
...и лишь Тридцать Второй справа упорно гнал из головы любые мысли. Он, как всегда, был против.
© Евгений Каменецкий, 2006
|
Преданность...
У мужика была игуана, он с ней играл, кормил, а потом она его за палец цапнула. Он на нее обиделся, потом смотрит: а она так на него преданно и грустно смотрит, таскается за ним по всему дому, в глаза заглядывает: "Прости мол, хозяин". С утра он просыпается, а игуана рядом с ним сидит, смотрит грустно.Он аж расчувствовался. Однако рука у него опухла. Он игуану в охапку и к доктору. Там и выяснилось, что этот вид игуан ядовит, только яд у них очень слабый, поэтому они сначала кусают, а потом тупо таскаются за жертвой, ждут пока подохнет... 
|
Муж читает книгу "Как стать хозяином в доме". Вдохновлённый, он бежит на кухню и тычет в жену пальцем:
– С этого момента моё слово – закон! Вечером приготовишь мне роскошный ужин, а потом сделаешь ванну, чтобы я мог расслабиться. Потрёшь мне спину и подашь халат. Потом сделаешь мне массаж. Угадай, кто затем будет меня одевать и причёсывать?
– Сотрудник похоронного бюро?
|
http://www.youtube.com/watch?v=xcwitD6GSMc&feature=channel
Ho guardato dentro una bugia
e ho capito che è una malattia
dalla quale non si può guarire mai
e ho cercato di convincermi
... che tu non ce l'hai.
E ho guardato dentro casa tua
e ho capito che era una follia
avere pensato che fossi soltanto mia
e ho cercato di dimenticare
di non guardare.
E ho guardato la televisione
e mi è venuta come l'impressione
che mi stessero rubando il tempo e che tu...
... che tu mi rubi l'amore
ma poi ho camminato tanto e fuori
c'era un gran rumore...
che non ho più pensato a tutte queste cose.
E ho guardato dentro un'emozione
e ci ho visto dentro tanto amore
che ho capito perché non si comanda al cuore.
E va bene così...
senza parole... senza parole...
E va bene così, senza parole
E va bene così, senza parole...
E va bene così...
E guardando la televisione
mi è venuta come l'impressione
che mi stessero rubando il tempo e che tu...
che tu mi rubi l'amore
poi ho camminato tanto e fuori
c'era un grande sole
che non ho più pensato a tutte queste cose...
E va bene così...
senza parole... senza parole...
E va bene così, senza parole
E va bene così, senza parole
|
http://www.youtube.com/watch?v=WbbBUWuY7aI&feature=related
E...
Vuoi da bere
Vieni qui
Tu per me
Te lo dico sottovoce
Amo te
Come non ho fatto in fondo
con nessuna
resta qui un secondo
E...
se hai bisogno
e non mi trovi
cercami in un sogno amo te
quella che non chiede mai
non se la prende
se poi non l'ascolto
E...
sei un piccolo fiore per me
e l'odore che hai
mi ricorda qualcosa
va bè...
non sono fedele mai
forse lo so
E...
quando sento
il tuo piacere che si muove lento
ho un brivido
tutte le volte che il tuo cuore
batte con il mio
poi nasce il sole...
E...
ho un pensiero che parla di te
tutto muore ma tu
sei la cosa più cara che ho
e se mordo una fragola
mordo anche te
E...
sei un piccolo fiore per me
e l'odore che hai
mi ricorda qualcosa
va bè...
non sono fedele mai
ora lo so
|
Думать(Bonus Track)
Опасное это занятие — думать. Начнёшь один раз — и остановится уже не можешь, всё думаешь и думаешь, размышляешь что-то сдвигаешь силой мысли горы, крадешь телепатически пирожки и головой пухнешь, весь такой сосредоточенный. Вот обезьянам проще, им думать не надо, им надо вкусный банан и чувство собственного достоинства. Так что страшное это дело, в любом случае, У людей то оно конечно страшное, синдром, знаете ли, но когда ёжики подобным непотребством занимаются — это уж совсем через край. И ведь не спроста это, как есть неспроста, недоброе они думать будут, как есть недоброе, поэтому нельзя допускать, что бы однажды...
Однажды ёжики захотели думать. Глобально. На весь свет и окружающую их действительность. Это желание пришло к ним внезапно, совершенно неожиданно, в самый обычный, ничем не выделяющийся миг их ежиной жизни, во время привычного, ежевечернего просмотра фильма режиссёра Стэнли Кубрика «Космическая Одиссея 2001 года». Это странное желание набросилось на них, словно лев из засады, и впервые за долгие-долгие годы привело ёжиков в смятение. Странное чувство зашебуршилось под их иголками. А когда шебуршится странное чувство — ёжики не сидят на месте.
Невероятно Мудрый Учёный сидел в кресле, запахнувшись в красный парчовый халат, и почесывал левой голый волосатый живот, изредка делая глоточек крепкого кофе. Время от времени он нагибался вперёд, приставлял глаз к окуляру огромного телескопа и изучал в него бескрайнее звёздное небо.
— КХМ, — вежливо прокашлялся кто-то из окна.
— Да-да? — Невероятно Мудрый Учёный был довольно резв для своего возраста, и успел спрятать бутылку с коньяком настолько быстро и аккуратно, что по пути всего лишь разлил кофе, разбил телескоп, и упал на коллекцию нецке, которую собирал двадцать лет (к сожалению, эти хрупкие старинные статуэтки оказались настолько чувствительными к падению на них 83-х килограммового тела, что ни одна скульптурка не уцелела). Вытряхнув из бороды осколки, учёный поправил на голове тюбетейку, и, приняв достойный вид, повторно спросил:
— Да-да?
— Коньяк у вас хороший, — повёл носом Главный Ёжик, удобно устроившись на подоконнике. — Французский.
— Да что вы, что вы! — замахал руками Учёный. — Вам показалось! Это не коньяк, это фикция. Мираж я бы сказал. И не французского, а армянского.
— Мама, мама, — зашептал в траве ежёныш. — А вот ты говорила, что врать нехорошо. А дядя врёт. И не краснеет. Значит и мне можно?
— Дяде краснеть не надо, у него халат красный, — строго сказала ежиха.
— А-а-а...- разочаровано протянул ежёныш и, чихнув, свернулся в клубок.
Учёный попытался сделал большой глоток из бутылки — говорящие ежи его нервировали. Рука прошла насквозь — коньяк явно стремился свести своё состояние к миражу. Невероятно Мудрый Учёный вздохнул.
— И что вам надо? — обречённо спросил он.
— Думать, — уверено ответил Главный Ёжик.
— В смысле? — не понял Учёный.
— Глобально, — Ёж гордо выпрямился.
— Слушай, а зачем вам это? — обречённо спросил Невероятно Мудрый Учёный,
— Нада, — уклончиво ответил Главный Ёжик, и трава под окном уклончиво шепнула ему вслед многоголосьем:
— Нада... Нада... Нада...
— Так как — думать? — настойчиво переспросил Главный.
— Вы знаете, — Учёный потёр переносицу, явно принимая какое-то невероятно трудное, почти неподъёмное решение. — Даже не знаю, что и сказать то. Видите ли, я когда-то умел думать. Умел. Но это было давно, в молодости. А теперь — забыл. Честно. Вы извините... Но я вспомню! Я обязательно вспо...
Но на подоконнике уже никого не было. Лишь ветви деревьев да густая трава тихо шелестели под еле ощутимым дуновением ветра.
Где-то далеко-далеко, на самом краю света, в желтой, выгоревшей под солнцем степи, грациозно неслись ёжики. Их бег был бесшумен, а луна освещала дорогу. Ёжики пытались думать. Как умели. Без подсказки. Самостоятельно.
...и лишь Тридцать Второй справа упорно гнал из головы любые мысли. Он, как всегда, был против.
|
Всё будет хорошо
Однажды ёжики решили, что всё будет хорошо. Как эта мысль прокралась в их коварные, усеянные колючками головы — я не знаю. Но к добру это не приведёт, я вам говорю, как главный ёжиковед мира. Страшным это закончится. Ибо ёж — существо хитрое, злобное и безжалостное. А то, что оно добрым притворяется — так это что бы всех обмануть. Потому вы как хотите, а я лучше спрячусь. Под стол. Ибо если ёжи решили, что всё будет хорошо, то...
Дверь вышибли тараном. Обломки её, задумчиво повисев в воздухе 2 и 76 сотых секунды, плюхнулись на пол и затаились.
— Здравствуйте, — вежливо произнёс Главный Ёжик и бочком протиснулся в проём. За ним аккуратно, перешагивая через фрагменты двери и стараясь не греметь многочисленными музыкальными инструментами, пробралась вся стая.
Фея, застывшая в позе статуи «Кухарка управляет государством», уронила на пол поварешку. Та, звякнув, укатилась под кровать. И всем сразу стало неудобно.
— Извините, — буркнул Главный Ёж. — Мы ненадолго. И с дверью как-то неудобно получилось.
— Ы-ы-ы, — фея попыталась что-то сказать, но, к сожалению, растеряла все слова — они стремительно разбежались по углам и теперь нагло и беспринципно показывали оттуда язык.
— Абсолютно верно, — судорожно сглотнув, Ёжик лапкой смахнул пот. — Мы тоже так считаем, верно, ребята? — резко обернулся он к стае, и все кроме тридцать второго ёжика справа, дружно кивнули.
— Я не согласен, — гордо пискнул он.
— С чем? — сурово спросил Главный Ёжик.
— С «Ы-ы-ы», — шмыгнул носом Тридцать второй справа. — Как-то неубедительно прозвучало.
— Ы-ы-ы, — ещё раз промычала фея.
— Во-во, видите! Что я говорил! — запрыгал Тридцать второй. — Я же...
— Да, — задумчиво хмыкнул главный Ёжик. — В чём-то ты прав. Унесите его.
— Правду не задушишь! — прохрипел, вырываясь, Тридцать второй справа. — Ваше «Ы-ы-ы» — не «ЫЫЫ»!
— Ну и Б-г с ним, — главный Ёжик облегчённо промокнул лоб платочком. — Ну и пускай не «ЫЫЫ». Так о чём это мы? Ах, да! Мы хотим, что б всем было хорошо!
— ЧЕГО?!!! — заорала фея. — Хорошо? Всем?!!! Очумели?! Да вы кто такие? Да вы...
— Мы ёжики, — гордо задрал мордочку Главный ёжик. — Мы — стая.
— Стая ёжиков, — обречённо вздохнула фея. — А все говорят, что слоны розовые. Брехня! Не, надо меньше пить, — и взяв дрожащей рукой банку растворимого кофе, она опрокинула её в рот, и залила всё кипятком из чайника. Глаза у феи старательно полезли на лоб. А ёжики — остались.
— Мы не слоны, мы — ёжики, — уверено произнёс Главный. Фея в досаде сплюнула на пол.
— Мама, а вот ты говорила, что плеваться нехорошо, а тётя, — громко и яростно зашептал неизвестный маленький ёжик.
— Тётя — дура, — безапелляционно заявила его мать и на всякий случай дала детёнышу подзатыльник. Главный Ёж смущённо кашлянул. В рядах стаи, было подвергнувшихся брожению, вновь воцарился порядок.
— Вам чего? — обречённо поинтересовалась фея.
— Нам — что б всё было хорошо, — уверенно произнёс Главный.
— Зачем? — удивилась фея.
— Нада! — уклончиво ответил Ёжик.
— Так не бывает — что б всё хорошо!- буркнула фея.
— Не бывает? — разочаровано переспросил Главный Ёж.
— Зуб даю! — искренне ответила фея.
— Тогда извините, — Ёж аккуратно надел на голову кивер. Стая подтянулась, и, взяв в лапы музыкальные инструменты, выстроилась в колонну.
— До свидания, — и Главный Ёжик, взмахнув жезлом тамбурмажора, вышел из комнаты. За ним, стройным шагом, в ногу, удалился ежиный оркестр.
Музыка стихла вдали. Все ушли. А фея — фея осталась. Она стояла в дверном проёме и смотрела ёжикам в след. И почему-то, по какой-то странной и непонятной причине, ей казалось, что они ей не поверили.
Ёжики шли ровно, медленно и тожественно. Они играли марши, танго, вальс, частушки. Одна мелодия сменяла другую, от полонеза до польки. Ёжики шагали вперёд, не оглядываясь. Затем Главный Ёж махнул жезлом — и стая заиграла джаз, умопомрачительный новоорлеанский диксиленд. Он нёсся в высь и вплетался в музыку неба. Ёжики шагали вперёд. А за их спиной, там, где они прошли, ВСЁ СТАНОВИЛОСЬ ХОРОШО.
|
Ежиный портал
Танцующие под дождём
Однажды ёжики танцевали под дождём. Как могут танцевать под дождём животные? — спросите Вы. И будете абсолютно прав. Но ёжики — необычные животные. Скрытные и таинственные. Они никогда ничего не делают просто так. Вряд ли мы сможем разгадать их порывы. А когда нам откроется тайна — будет уже слишком поздно. А пока...
Ёжики танцевали под дождём и пели. Прямо посреди главной улицы усталого города. Танцевали легко и красиво, отбросив предрассудки и условности. Их босые пятки шлёпали по лужам (Почему босые? А вы видели ёжика в ботинках?), а с их иголок стекали капли и мягко шлёпались на землю. Прохожие испуганно расступались и застывали на месте, завороженные этим странным и прекрасным зрелищем. А ёжики не обращали на них никакого внимания.
— СТОП! — встал посреди дороги Мэр города. И взмахнул часами на цепочке. Ёжики остановились. — Что это вы за беспорядки разводите, почему спокойствие и нормальность пешеходного движения нарушаете?
— У нас гон. Нам можно, — сказал Главный Ёжик. И показал большую бумагу с круглыми печатями.
— Какой такой гон? — удивился Мэр города.
— Осенний, — протянул ещё одно разрешительное удостоверение Ёжик. Печатей на ней было ещё больше, изредка попадались даже треугольные, а слово «Осенний» было жирно выделено и подчёркнуто дважды толстым красным карандашом.
— А почему по главной улице? Не положено! — попытался перейти в атаку Мэр.
— Дело в том, что ёжики — создания прямые, кривых линий не понимают, — сказал Главный Ёжик, надев очки и зачитывая текст по бумажке. — Министерство природы вошло в наше положение и разрешило проход по Самой Прямой и Главной улице. За это мы обещали остальную часть города не трогать. Как я уже сказал, ёжики — создания прямые. Могли быть последствия. Вопросы есть? — посмотрел Главный Ёж на Мэра из под очков.
— Нет, — дрожащий Мэр сел на краешек тротуара и утёр платочком вспотевший лоб. — И часто у вас этот... Как его там? Ну, вот, Гон!
— Да как Вам сказать, — Ёж задумчиво протёр очки.- Большой раз пять шесть за сезон, а Малые... Ну раз по восемь на неделе может быть.
— А чем Большой гон от Малого отличается? — заинтересовано спросил Мэр города.
— Размерами, естественно! Экий Вы бестолковый, однако! — рассмеялся Ёжик.
— А это какой? — вдруг спросил Мэр, и, взглянув на Главного Ёжика, понял, что ответа получать явно не желает. Но было уже поздно.
— Малый, конечно! — радостно ответил Главный. Тысячи ежиных лап захлюпали по лужам, прейдя в движение. Мэр поджал ноги и с тоской смотрел на прыгающую по лужам стаю.
— Слушайте, а зачем вы танцуете? — в отчаянии спросил он. Этот вопрос тревожил его больше всего, но он до самого последнего момента боялся его задать.
— Нада!- уклончиво прокричал издалека Главный Ёжик.- До вечера!
Мэр печально вздохнул, и, напялив шляпу, угрюмо поплёлся к дому.
Ёжики танцевали под дождём. Вскоре к ним присоединились прохожие.
Последний раз редактировалось: 15.02.10 04:36
|
|
| 1 | 2 | 3 | 4 |
|
знакомства
Лента событий
Основное
